Почему пьеса «Холокост Кабаре» вызвала скандал в Киеве — интервью с драматургом

Холокост Кабаре - спектакль Холокост Кабаре - спектакль

Недавняя киевская премьера адаптации спектакля «Холокост Кабаре. Суд над Джоном Демьянюком» вызвала скандал. WN расспросил автора сценария Джонатана Гарфникля о его впечатлениях о украинской постановке.

WN: Джонатан, Вы только что вернулись из Киева. Не удивили Вас скандалы вокруг украинской премьеры?

Джонатан Гарфинкеля:

Должен сказать, я был немного удивлен громкой полемикой. Я не ожидал реакции, которая пришла от еврейской общины, по крайней мере, с самого начала. В целом же, если меня что-то и беспокоило до спектакля, то это реакция украинцев.

Было ли Вам понятно наперед, какое замешательство может вызвать пьеса?

Только представьте, табличка с надписью «Холокост Кабаре» висит прямо напротив центральной синагоги Киева, да еще и в День памяти жертв Холокоста. Конечно, я чувствую, как такое недоразумение могло произойти. Ошибкой, на мой взгляд, была недостаточная чувствительность людей, которые вешали надпись. После этого, события становились все более странными, даже после того, как мы поговорили с раввином и он согласился нас поддержать.

А вы можете, несмотря на скандалы, назвать украинскую премьеру успехом?

Это чрезвычайный успех! В конце концов, мы затронули вопрос свободы слова. Люди были недовольны спектаклем, хотя никогда не видели его. Несколько театров и театральных площадок сначала согласились на спектакль, а потом резко отказались, ведь боялись публичных протестов и получали угрозы. Но, к счастью, частная галерея (32 Vozdvizhenka Arts House. — Ред.) все же открыла перед нами дверь и дала возможность состояться шоу. Я немного волновался в начале спектакля, но команда провела фантастическую работу! Илья Мощицкий, русско-армянский еврей, режиссер этой пьесы из Санкт-Петербурга, сделал удивительную работу. После представления я поговорил с аудиторией — кому-то пьеса очень понравилась, а у кого-то вызывала много вопросов. Это именно то, что такой спектакль и должен дать — возможность диалога.

Было ли для Вас особенно важным показать перформанс в Украине после того, как пьеса была поставлена во многих странах мира?

Украина для меня была наиболее значимым местом, где я мог поставить эту пьесу. Для меня чрезвычайно значимым является тот факт, что Демьянюк родился в Украине и тема Демьянюка является чрезвычайно чувствительной для Украины по многим причинам. Мне было интересно посмотреть и ощутить, какой будет реакция украинской публики.

А насколько удалась адапатация с художественной точки зрения?

Несмотря на то, что пьеса была написана на английском, а ставилась на русском, скажу, что все прошло чрезвычайно успешно — музыка украинского композитора Дмитрия Саратского была одновременно трогательной и эффектной, ему удалось совместить сатиричность и меланхоличность атмосферы особым способом, который я не мог себе представить раньше. Актеры хорошо сделали свое дело — в один момент они могли быти и в юмористическом и сатирическом настроении, а уже другой момент — мрачные и темные, они удачно удерживали линию между комическим и трагическим. Зритель чувствовал себя как на американских горках — постоянные смены настроений и сюрпризы на протяжении всего спектакля и очень сильный финал, который призывает зрителей сформировать собственное мнение и оценку того, что они увидели.

WN: В спектакле фигурирует «Иван Грозный» — Ивана Демьянюка судили в Израиле как надзирателя из концлагеря Треблинка, известного под этим прозвищем. Как известно, суд в начале 1990-ых снял это обвинение, ибо выяснилось, что это был один из других охранников.

Так, Иван Марченко.

WN: Точно, он. Важно ли для Вас было тщательно следовать фактам?

Для меня было чрезвычайно важно идти за фактами, доказанными в суде. Где я использовал мое воображение как писатель, так это в том, что создал призрака Ивана из Треблинки, того самого Ивана Марченко, который посетил Ивана Демьянюка в его камере. Сделал я это для того, чтобы лучше раскрыть характер и внутреннее противостояние Ивана Демьянюка и вызвать вопросы аудитории.

Пьеса была написана 10 лет назад, а 5 лет назад Иван Демьянюк умер здесь, в Германии. Как думаете, почему его история до сих пор остается актуальной и вызывает столько интереса и резонанса?

Меня также удивляет такой резонанс. Если прямо сейчас дать этот спектакль в Северной Америке, то такой реакции точно не будет. И в Германии, я почти уверен, такого резонанса тоже не будет.

Возможно, все это происходит потому, что, хотя в определенном смысле времена Холокоста прошли, есть такие люди как Демьянюк, а еще те, кто пережили Холокост, жертвы и преступники, все кто каким-то образом стали частью Холокоста и смогли пережить и прожить те времена. Наверное, мы должны быть очень осторожными и чувствительными с тем, как именно мы освещаем те времена. Я думаю, что мы должны продолжать говорить об этом и продолжать создавать искусство как способ диалога об ужасах прошлого, которые прямо связаны с тем, что сейчас происходит в мире.

Leave a comment

Your email address will not be published.


*