Кто ответит за взрывы в Калиновке и почему власть не учится на своих ошибках: мнения экспертов

Страна до сих пор оправляется от масштабного взрыва на складе с боеприпасами в Калиновке, который называют одним из крупнейших в Украине. А это не только миллиардные убытки для сектора безопасности и обороны, но и в первую очередь — удар по обороноспособности страны.

Политики тем временем опасаются, что из-за неспособности украинских властей гарантировать безопасность даже в тылу во время военных действий, международные партнеры не захотят предоставлять военную помощь Украине. Между тем враг не дремлет, а украинские власти никак не научатся на своих ошибках: не могут или не хотят усилить контроль и охрану военных объектов. Хотя и традиционный пытаются искать «стрелочников».

Главный военный прокурор Украины Анатолий Матиос заявил: «С недостатков, которые установило следствие, — неработающая пожарная сигнализация, на 50% обеспеченность техническими средствами охраны. Охраной объекта занимались люди в возрасте, которым выплачивали очень низкую зарплату, и у них была низкая мотивация к труду ». Кстати, эта «низкая мотивация», по словам нардепа от БПП Ивана Винника, обошлась стране в 800 000 000 долларов. Именно в такую ​​сумму предварительно оценивают потери боеприпасов в результате взрывов (настоящий джекпот для Путина).

Почему недостаточно охраняют военные склады в воюющей стране, кто за это должен отвечать и почему власть не сделала вывод после Сватово, Балаклеи, «World News» расспросил у военного эксперта Олега Жданова, контрразведчика, генерал-лейтенанта Александра Скипальского, заместителя директора Украинского института исследований экстремизма Богдан Петренко.

Как в целом в Украине охраняют военные склады?

Олег Жданов:

Никак. Не выполняются элементарные основы по созданию пожарной безопасности, охраны и обороны этих объектов. Можно же принять меры противовоздушной обороны. Например, поставить радиолокационные станции на такие объекты, станцию ​​радиоэлектронной борьбы и тому подобное. Эти меры не требуют никаких капиталовложений, они есть в составе Вооруженных Сил, но нужно приказ начальника Генштаба. Если говорить о современных средствах охраны, нуждаются в средствах, — это технические средства охраны и наблюдения. Деньги у государства есть. В июне депутаты ВРУ распределили 25 млрд грн дополнительных поступлений в бюджет. Почему их не направить сюда? А министр обороны говорит, что ему нужно всего 4 млрд грн, чтобы оборудовать все склады необходимыми средствами защиты и техническими мерами охраны. Должен быть государственный подход и какая клепка в голове, чтобы подумать, что уже четвертый склад с боеприпасами горит в течение трех лет.

Александр Скипальский:

Однозначно, военные склады в Украине охраняют плохо, поскольку в течение такого короткого периода взрывались такие важные арсеналы. Я не помню в истории ни одной страны такого снижения боеспособности. Уничтожение боеприпасов не только демонстрирует вседозволенность со стороны террористов-диверсантов, но и наносит колоссальные материальные убытки.

Какие структуры должны отвечать за охрану складов?

Олег Жданов:

Охраной и обороной на военных складах, организацией хранения на них боеприпасов должен заниматься Генштаб. Однако, если говорить о концепции безопасности и обороны государства, то еще стоит привлечь и СБУ, контрразведку и Министерство внутренних дел. Именно эти силовые структуры должны отвечать за безопасность стратегических объектов и антитеррористическую деятельность в Украине, а также за борьбу с диверсионными проявлениями.

Еще в декабре 2015 года в соответствии с указом Президента после похожей события в Сватово вступило в силу решение СНБО о принятии мер по предупреждению случаев пожаров и террористических актов на объектах хранения оружия и боеприпасов. Поэтому сегодня эта крайне опасная ситуация вызвана служебной халатностью, в частности начальника Генерального штаба.

Александр Скипальский:

Контролировать такие вопросы должны и независимые эксперты, и парламент. К примеру, Нацгвардия должна быть партнером в плане охраны складов. А в комитете по вопросам национальной безопасности и обороны, например, возглавляющий нардеп Сергей Пашинский, нет ни одного профильного специалиста. В Украине уже давно говорят об отсутствии контроля и ответственности должностных лиц, что приводит к тому, что все сходит с рук, существует круговая порука. Все это результат того, что нет профессиональной ответственности. Виноват не только Муженко. Должна целая система, начиная от Президента, СНБО, премьер-министра, министра обороны.

Богдан Петренко:

Основная ответственность должна быть на руководителю части и комиссиях, которые проверяли ее. Возможно, преждевременно говорить, что именно начальник Генштаба виноват в этих взрывах, но я не отрицаю этого. Хотя в той безответственности, которая иногда существует в украинской армии, должен начальник Генштаба. Мероприятия должны быть приняты по охране Украины после предыдущих случаев. Ведь в ВСУ понимали, что опасность будет оставаться до тех пор, пока российские войска будут стоять на Донбассе.

Каким образом можно вызвать взрыв на таких объектах?

Олег Жданов:

Могут быть различные версии, которые имеют право на жизнь: и диверсия, и поджог с целью сокрытия боеприпасов, и служебная халатность. Чтобы организовать такую ​​масштабную пожар на таком большом составе, недостаточно одного квадрокоптера. Это должна быть работа диверсионной бригады или массовый налет таких квадрокоптер.

Александр Скипальский:

Существует система контрразведывательных мероприятий и система режимных мероприятий. В Украине она не полностью отработана. У нас очень слабый контрразведывательную режим. Многие люди являются проводниками «русского мира», у нас притаилась многотысячная группа «пятой колонны». Нужно усиленно это все контролировать в условиях войны.

Богдан Петренко:

Способов подрыва таких составов не менее двух: подкуп или беспилотники. Хотя на беспилотники обращали внимание и в Балаклее, и сейчас. Но нет доказательств, что тогда они были причастны к причинению взрывов. Но надо понимать, что при небольшой зарплате можно кого-то и подкупить.

Почему власть не учится на собственных ошибках на примере Балаклее и других подобных случаев?

Олег Жданов:

Отсутствие наказания порождает беззаконие. Уверенность в том, что никого не накажут, круговая порука в нашей провластной системе и системе государственного управления дает возможность нашим чиновникам не выполнять свои служебные обязанности в полном объеме. Результат этого видим на примере таких случаев. Если бы по ситуации, произошедшей в частности, в Сватово, приняли жесткие решения и наказали виновных, больше ни один военный состав не горел бы. В деле Балаклее мы еще не знаем результатов работы комиссии, хотя ее возглавлял министр обороны. В частности, причины и последствия пожара, какие меры предприняли по дальнейшему недопущению таких случаев. Вот и результат.

Александр Скипальский:

Есть проблема еще и в том, что решения в сфере обороны принимают люди, которые совсем не имеют опыта и профессиональных навыков. Назначение людей без опыта на ключевые должности обречены на поражение. Откуда молодой офицер узнает, как организовывать противодиверсионной работу вокруг таких важных объектов? А профессионалы, которые чувствуют дыхание Путина на расстоянии, отодвинуты от принятия решений и работы в плане противодействия.

Богдан Петренко:

Проблема с взрывами военных складов существует еще с 2000-х годов. Думаю, определенные выводы власть все же сделала после нескольких таких случаев. Но самая большая проблема в том, что по результатам расследований наказаны не те, кто на самом деле виноват. В частности, кто должен был отвечать за пожарную безопасность и тому подобное. Проблема и в корпоративной ответственности армии, которой она должна избавиться и привлечь к ответственности конкретных виновников. Чтобы армия не потеряла доверия. Потому что Россия будет наносить удары по позитивному имиджу армии также, чтобы уменьшить ее поддержку в обществе. Это будет один из элементов гибридной войны России против Украины. Поэтому армии надо отчуждать из своего состава те элементы, которые действительно могут привести к негативным для нее ситуаций, таких, как в Балаклее, Калиновке.

Что конкретно нужно делать?

Олег Жданов:

Для того, чтобы в дальнейшем предупредить такие случаи, надо все делать прозрачно: создавать комиссии, проводить открытые общественные слушания. Никто не говорит разглашать, которые являются имеющиеся типы боеприпасов и в каком количестве, а лишь рассматривать вопросы организации защиты, охраны и обороны таких составов. И в этих слушаниях выявлять причины таких случаев, сделать выводы на будущее. Но, к сожалению, имеем круговую поруку в государстве, и в целом систему управления, которую надо менять.

Александр Скипальский:

В сотый раз напоминаем власти: мы находимся в состоянии войны с врагом, который превышает нас в количестве вооружения и военных формирований! Враг просто издевается над украинской властью. Как можно так легкомысленно к этому относиться? Президент срочно обратить на это внимание. Хватит пиариться на этих всех проблемах, а взамен следует организовать надежную работу. Вопрос тайного характера должны обсуждаться не у людях, которых подозревают в старых связях с врагом. А так он все знает и наносит чувствительные прицельные удары.

Богдан Петренко:

Независимо от того, из кого все это произошло — или это сделали русские диверсанты, или это была служебная халатность, или умышленные действия, в любом случае отвечать за это должны украинские военные. Но не срочники, а руководители, и, к тому же, люди на как можно более высоких должностях. Сейчас очень важно, чтобы виновные ответили. Не хотелось бы, чтобы это все приостановилось, такие как после прошлых случаев.

Мне бы хотелось верить, что власть сделает правильные выводы, в частности, Президент. Ведь это произошло на его вотчине и в его день рождения. Странное совпадение, не так ли?

Leave a comment

Your email address will not be published.


*