Скандал с Ващиковским: под министром зашаталось кресло

«Самый дипломатичный» польский дипломат, глава МИД Витольд Ващиковский прямо на пороге львовского Национального музея-мемориала жертв оккупационных режимов «Тюрьма на Лонцкого» устроил яркое шоу. Умышленно организовав провокацию, поляк фыркнул и удалился. А не понравилась министру … только правда.

Возложив цветы к памятнику жертвам коммунистических преступлений, Ващиковский собирался посетить «Тюрьму на Лонцкого», но сразу на входе обратился с вопросом к директору музея Руслана Забилого:

«Министр спросил меня, была ли Западная Украина оккупирована в 1918 году. Я ответил, что да, что это была оккупация. Затем он резко развернулся с порога и не зашел в музей».

Так вместо того, чтобы почтить память замученных в тюрьме поляков, глава МИД РП спросил то, что и так знал, — и ушел из гонором. Якобы отстоял польские интересы. В чем?

Речь о том, что в 1918-м Вторая Речь Посполитая заняла Восточную Галичину и Западную Волынь, оставшись господствовать там на долгие два десятилетия — до прихода советских войск 1939. Историки не раз доказывали: тогдашний польский режим был крайне далек от демократического, наоборот же — главным его признаком стал авторитаризм с оккупационными особенностями управления. Вспомним несколько фактов: контроль над территорией поляки получили путем военной интервенции, политику на захваченной территории проводили исключительно в интересах оккупационных властей, национальные выступления местного населения жестоко подавляли силовыми методами, при том целенаправленно занимались ассимиляцией украинский, ограничивали им доступ к государственным должностям, депортировали подальше с родной земли … список можно продолжать.

Но зачем оно? Говорит Ващиковский, что это отнюдь не оккупация. Видно, то на чудаков-украинский, которые странным образом потерялись на «малопольских Всходни», манна небесная посыпалась. А они, придурковатые, еще чего-то там муркалы и по сей день думают, что Львов — украинский. Очень содержательная, а главное — исторически оправдана и уже привыкла позиция господина министра иностранных дел РП, который со своим пушистым Пилсудским в Европу пошел, а Украина с бандитом Бандерой — там отнюдь не поместится …

Короче, болезненные страницы истории снова использовали, фактами снова зманипулювалы. А для чего? Об этом «Вслух» спросил у непосредственного участника событий — директора «Тюрьмы на Лонцкого» Руслана Забилого и Главы Украинского института национальной памяти Владимира Вьятровича.

Почему такой инцидент произошел именно на пороге музея-мемориала жертв оккупационных режимов «Тюрьма на Лонцкого»?

Руслан Забилый:

Это была спланированная акция политического характера. Думаю, что он даже не планировал заходить в музей, ему это не интересно. Однако ему нужно было организовать политическое шоу. На вопрос об оккупации Польшей 1918 года я ответил утвердительно, так это исторический факт. А глава МИД, несомненно, других слов и не ожидал. В этом случае министр вел себя абсолютно непрофессионально, нелогично и недипломатично. Его целью была яркая скандальная картинка для польских медиа, где в контексте того, что «я приехал и расскажу украинском, какой должна быть на самом деле их история». У поляков есть фантомные боли по потерянным территориям. Но эти фантомные боли лечатся правдой и историческими фактами. К сожалению, это не всегда приятно для них — но ничего не поделаешь.

Владимир Вятрович:

Бесспорно, это не была спонтанная поведение господина министра, он хорошо знал, как называется музей (музей-мемориал жертв оккупационных режимов, — ред.). А разговоры польских политиков о том, что Польское государство якобы никогда не оккупировала Украину, продолжаются уже несколько лет. Очевидно, что Ващиковский должен решить ля себя: просто не идти в этот музей (считая его «неправильным»), или же не побояться переступить порог и почтить память замученных там поляков. К сожалению, глава МИД выбрал третий путь: скандал и саморекламу. Этим он еще раз подтвердил, что для многих польских политиков память о погибших земляках является лишь возможностью пропиариться.

Ряд польских историков, комментируя резкие заявления Ващиковского в сторону Украины, заявляла, что под министром «шатается кресло». Это так?

Владимир Вятрович:

Действительно, информация о том, что отставка господина Ващиковского довольно близка — это и может быть одним из объяснений его невероятной активности и радикализации в отношении Украины. Собственно, таким образом он хочет выработать себе в Польше реноме великого защитника национальных интересов от им же придуманной «Украинская угрозы».

Руслан Забилый:

Немало рядовых поляков, историков, деятелей культуры категорически не приемлют курса, который заняла правящая партия «ПиС». Люди понимают, что такая политика не ведет к улучшению украинского-польских отношений, а только их обостряет, причем безосновательно. Как по мне, министр Ващиковский поступил совершенно непрофессионально, да и вообще, в дипломатическом кругу он — случайный человек.

Несмотря на то, во время визита во Львов глава МИД РП заявил, что Польша настроена на сотрудничество с Украиной, но пока безуспешно (!) Ждет от нас дружественных шагов. Или истинное такое утверждение и как тогда связать его с поступками самого Ващиковского?

Владимир Вятрович:

Очень удивляет позиция господина Ващиковского по «нежелание» Украинского института национальной памяти сотрудничать с польскими коллегами. Очевидно, министр или никогда, или очень давно общался с Польским институтом национальной памяти. Буквально 2 недели назад в Черкассах закончился 5-й польско-украинский форум историков, который был организован при участии польских историков и руководства польского ИНП. На самом деле мы активно сотрудничаем, обмениваемся опытом, архивными документами, даже организовали выставку о Катынской трагедии. Удивляет также, что заявки об отсутствии сотрудничества, то даже «холодную войну», прозвучали и из уст нынешнего руководителя ИНП Польши. Как понять поведение коллег, которые с одной стороны активно с нами сотрудничают, а с другой заявляют об отсутствии такого сотрудничества?

Руслан Забилый:

Я не вижу никакого стремления западных соседей сотрудничать с Украиной в вопросах истории. Напротив, удивляют заявления о том, что украинские историки не идут на сотрудничество. Мне очень хорошо известно, что за два года произошло не менее 5 встреч авторитетных польских и украинских историков, ищущих точек соприкосновения в болезненных вопросах. Очевидно, если бы господин министр действительно хотел понимание, то придя в музей, не ставил бы вопрос провокационного характера и не обращал бы внимание на табличку. Мы были готовы и ожидали такого визита. Очевидно, что собственное политическое шоу является для Ващиковского гораздо важнее дань памяти.

Как Украина реагировать на такие упреки и не стоит за ними «больше» цель?

Владимир Вятрович:

Я убежден: вопросы прошлого должны оставаться только в компетенции историков. Зато поляки постоянно заявляют о том, что вопросы прошлого слишком важны, чтобы отрывать их от политики. Как следствие, главным интерпретатором прошлого в Польше становится министр иностранных дел. При всем уважении к господину Ващиковского, очень сомневаюсь, что он когда-то усердно занимался исследованием польско-украинских отношений, и его оценка тех событий может быть компетентным. Второе и самое важное: я убежден, что не стоит узалежнюваты настоящее и будущее от прошлого, потому что это автоматически делает отношения такими тяжелыми, как они были тогда.

Жаль, что нынешние польские чиновники используют отношения с Украиной исключительно для получения политических дивидендов. Таким путем, борясь за голоса на предстоящих выборах, они разрушают дружные польско-украинские отношения. Так же обидно, что в Польше у власти не хватает сознательных экспертов, которые могли бы объяснить, что нынешняя Украина очень отличается от той, что была несколько лет назад. МИД Украины должен заявить о недопустимости таких действий с польской стороны, ведь они могут иметь очень тяжелые последствия. Нынешняя Украина — не государство, которое будет торговать своей историей для материальной выгоды. Мы уже торговали историей с восточными соседями и слишком хорошо понимаем, чем это может закончиться.

Leave a comment

Your email address will not be published.


*