Медицинская реформа в Украине 2017: закулисная правда

Депутаты Верховной Рады после длительного рассмотрения, критики и большой пиар-компании в октябре-таки приняли медицинскую реформу. После ее принятия одни утверждают, что это станет одним из факторов дальнейшего вымирания нации, другие — наоборот: мол, с реализацией медицинской реформы, услуги врачей станут качественнее и исчезнет коррупционная составляющая.

Так за что же проголосовали народные депутаты? С этим вопросом «World News» обратился как к критикам, так и к сторонникам медицинской реформы. А именно — к руководителю направления здравоохранения «реанимационных пакета Реформ», кандидату медицинских наук Александру Рябчанку, исполнительному директору организации «Пациенты Украины» Ольге Стефанишин, народному депутату Украины Михаилу Головко и правозащитнице Анне Свириденко.

Что же, по вашему мнению, основное в этой медицинской реформе?

Александр Рябчанка:

Первое — это переход в государственные финансовые гарантии. То есть государство платит за то, на что у него есть деньги. Если у государства нет средств, тогда оно не обещает того, что не может выполнить. Второе — это переход от бюджетного содержания учреждений здравоохранения к закупке у этих заведений услуг в рамках гарантированного пакета медицинских услуг. Где закупать эти услуги — определяет пациент. Это и есть принцип «деньги ходят за пациентом».

Как это на практике будет выглядеть?

Ольга Стефанишина:

Реформа отменяет «совковую» привязку к прописке. Пациент может свободно выбирать себе врача и больницу.

Каким образом эту реформу внедрять?

Александр Рябчанка:

Внедрение этой реформы запланировано на три года, поскольку сейчас невозможно определить для пациентов пакет гарантированных услуг. Во-первых, нужно знать, сколько у нас есть денег. Во-вторых, следует рассчитать стоимость медицинской услуги. Здесь есть проблема, потому что на данный момент стоимость в разных регионах очень сильно отличается.

В 2018 году процесс реформ начнется с первичной медицинской помощи. Этот этап самый простой, поскольку государство рассчитало, что стоимость оказания первичной медицинской помощи будет стоить 375 грн в год. Напомню, в прошлом и позапрошлом году стоимость «первички» была чуть больше, чем 200 гривен. Первичная медицинская помощь предусматривает предоставление консультации, проведение диагностики и лечения наиболее распространенных болезней, травм, отравлений, патологических, физиологических (во время беременности) состояний, осуществление профилактики, направленные в соответствии с медицинскими показаниями пациента, который не нуждается в экстренной медицинской помощи, для оказания ему специализированной или высокоспециализированной медицинской помощи, оказание неотложной медицинской помощи в случае острого расстройства физического или психического здоровья пациента, не требующий экстренной или высокоспециализированной медицинской помощи.

И как это будет выглядеть на практике?

Александр Рябчанка:

На практике пациент и врач заключает декларацию, которую врач или медсестра вносят в единый реестр пациентов. Тогда этот пациент в базе — и государство может на него выделять деньги. По 2018-2019 годы государство анализирует информацию и рассчитывает стоимость специализированной медицины. В конце 2019-го Кабмин, имея данные о реальном количестве пациентов, рассчитает гарантированный пакет медицинских услуг. Правительство его подает в Верховную Раду, а там или вводят гарантированный пакет на эти средства, которые есть у государства, или же расширяют и увеличивают финансирование медицины. То есть до 2019 года никаких изменений по платности или бесплатности услуг не будет. Изменения касаются только первичной медицины, остальные — вторичная или третичная медицина — работать, как и работала.

Предусматриваются какие-то изменения в финансирование медицинской сферы?

Александр Рябчанка:

Например, есть две районные больницы, которые находятся в соседних районных центрах. Финансирование этих больниц происходит в зависимости от населения, официально зарегистрировано на той или иной территории. И если у нас два одинаковых районы, то они получают одинаковое финансирование из государственного бюджета. Но теперь представим очень привычную ситуацию: в одну районную больницу ходят, как из своего района, так и из соседнего, а в другую не ходят, потому что там хуже врачи. Но ее финансирование от этого не меняется! А больница не заинтересована в пациентах, потому что свои средства она и так получила. А другая взамен обслуживает «чужих» пациентов, но дополнительных средств не получает. Поэтому сейчас внедрять методику расчета стоимости медицинской услуги. Ее стоимость будет универсальной по всей Украине.

Также вместо выделения субвенций на медицинскую отрасль местным органам власти, создастся Национальная служба здоровья. Ее функция будет заключаться в заключении контрактов с поставщиками медицинских услуг, то есть с медицинскими учреждениями на основе реально сделанной ими работы. Вторая ее функция — контроль за соблюдением этих контрактов. Третья — планирование финансирования на несколько лет вперед.

Ольга Стефанишина:

Предполагается также, что финансирование медицины вырастет до 5% ВВП. В бюджете 2018 уже заложено увеличение финансирования медицины на 16%.

А как насчет платных и бесплатных медицинских услуг?

Ольга Стефанишина:

Бесплатными для пациента будут все услуги, входящие в программу медицинских гарантий. Это, в частности, первичная помощь, экстренная помощь (в т.ч. в стационаре), специализированная и стационарная помощь по направлению семейного врача (включая анализами и исследованиями), роды, медицинская реабилитация, паллиативная помощь. Подробный перечень услуг, которые оплачивает государство, будет ежегодно утверждаться Кабинетом Министров. На первичном звене уже есть обнародован гарантированный пакет медицинских услуг.

К сожалению, правками из законопроекта были изъяты сооплаты. И это было очень популистским решением. По всем спорным вопросам законопроекта соплатежей депутаты боялись, пожалуй, больше всего. Слишком много манипуляций было построено вокруг них. А между тем, большинство украинский во время социологических опросов выражали свою готовность оплачивать определенную часть стоимости услуги. Между тем, сооплаты позволят охватить лечением большее количество пациентов и помогут избежать очередей на лечение на вторичной и третичной звене.

Пациенты будут платить за те услуги, которые не входят в программу медицинских гарантий. То есть, есть программа медицинских гарантий — список услуг, которые на 100% покрывает государство. И есть так называемый отрицательный список — услуги, которые государство оплачивать не будет. На каждый бюджетный год будет устанавливаться свое негативное список. Первый такой список будет сформирован на 2019 (поскольку он касается вторичной и третичной звена). Точно не будут оплачиваться государством не критичны для жизни и здоровья услуги, например, пластическая хирургия, а также услуги, которые человек получает без направления врача. Например, если врач назначил пациенту компьютерную томографию — ее оплатит государство. Если же пациент сам решил, что ему надо сделать себе КТ, то он оплачивает эту услугу.

Что будет с сельским медициной?

Ольга Стефанишина:

Реформу и законопроект о сельской медицине должны вынести на голосование в ближайшее время.

А что такое «госпитальные округа»?

Александр Рябчанка:

Госпитальные округа касаются скорее административно-территориальной реформы — это планирование сети, чтобы обеспечить доступность специализированной и высокоспециализированной медицинской помощи. То есть органы местного самоуправления должны договориться, как им распределять медицинские учреждения в округах. Они образуются, чтобы якобы обеспечить качество медицинской помощи.

Какие шансы, что эта медреформа действительно заработает?

Михаил Головко:

На мой взгляд, тот закон, который приняли в Раде, не отстаивает интересы простых украинский. Он в принципе противоречит закону Украины о бесплатной медицине. У нас де-факто внедряется платная медицина, будет контролироваться не в местах, а из Киева. Этой реформой создается такой орган, как «Национальная служба здоровья». На нее выделяется примерно 13000000000 гривен, и именно этот орган направления распоряжаться бюджетными средствами, которые выделяет государство на больницы в соответствии с предоставляемых услуг. И тут возникает вопрос: если, например, есть районная больница, имеющая какое-то оборудование, но не может оказывать услуги по проведению сложных операций, то, соответственно, правительство на ее содержание будет выделять меньше средств. Если в этом году на медицинскую отрасль выделяли 75000000000 гривен, то дотации достигали 35000000000 — и эти средства шли местным советам через государственные субвенции. Соответственно, если эти средства заберут, то возникает вопрос: а что с медициной на местах? Я хорошо знаю, что средств на медицину местные общины не имеют, то есть местные бюджеты не дофинансовуватимуть свои больницы. Поэтому больницы в райцентрах, поселках и малых городах просто закрываться. Куда людям из маленьких городков и сел ехать лечиться?

Анна Свириденко:

Единственный позитив от реформы — в обществе началась активная дискуссия о дальнейшей судьбе отечественной медицины. Потому что все понимают — изменения таки нужны. Конституционные права на бесплатную медицину давно уже нарушены. Техническое оснащение больниц в большинстве случаев вызывает ужас — начиная от состояния помещений и заканчивая наличием современного оборудования для взятия простых анализов крови.

Но предложенная медреформа, по моему мнению, имеет много недостатков. Прежде всего — нам ее, по сути, не представили. Есть довольно короткий документ декларативного содержания, за который проголосовала Верховная Рада. Фактически все правила и механизмы реформы будут прописываться непосредственно в Министерстве здравоохранения на уровне подзаконных актов.

Стоимость услуг, точное распределение оплаты между пациентами и государством, новые госпитальные округа и будущее сельской медицины, кто будет кого лечить по скайпу … Этого всего мы пока точно не знаем.

Однако то, что знаем, имеет нехороший вид. Например, создается специальный уполномоченный орган, который в предыдущих редакциях законопроекта назывался «Национальной службой здоровья». Кстати, в проекте бюджета на следующий год остается это название. Именно эта структура будет определять перечень и объем медицинских услуг, которые оплатит государство. Ежегодно финансирование этого перечня будет прописываться отдельно в госбюджете. То есть этот орган будет фактически распорядителем миллиардов бюджетных гривен, а функционально — дублировать городские и областные департаменты здравоохранения. В украинских реалиях это означает, что мы создаем какого-то очередного монстра-прокладку с кучей коррупционных возможностей.

Не придется Украинский платить дважды: раз официально, а второй раз — врачу?

Михаил Головко:

Подчеркиваю, 60% украинский сейчас живут за чертой бедности. Возникает вопрос: смогут после 2019 года украинцы позволить себе получать медицинскую помощь? Да, мы понимаем, медицинская помощь в больницах и так является платной. Человек постоянно покупает медикаменты во время лечения, дает врачу или медперсонала «благодарности». Если все же введут платные медицинские услуги, тогда возникает вопрос — а какими будут тарифы? Смогут ли все воспользоваться помощью врача, особенно малообеспеченных слоев населения?

Поэтому, на мой взгляд, эта реформа, как и пенсионная — издевательство над украинским. Ведь любые платные услуги в медицине противоречат 49 статье Конституции Украины.

Анна Свириденко:

Если кто-то думает, что с принятием медицинской реформы у нас исчезнут всевозможные неофициальные, так сказать, благодарности — это очень ошибается. Так, врачам повысят зарплату. А «семейным» — существенно увеличат нагрузку. Большую часть средств пациентов будут забирать «наверх», а тот небольшой процент, который будет получать больница, пойдет на закупку вспомогательных материалов, содержание технического персонала. Сейчас будет очень интересно посмотреть, расходы на практике «повесят» непосредственно на больницы. Ведь профессиональные врачи давно уже привыкли получать хорошие «зарплаты» именно за счет благодарных пациентов. Я не осуждаю желание людей получать достойную зарплату, так и должно быть. Однако им государство сейчас не сможет предложить такой же заработок, но официально. У нас переживают, сколько миллиардов можно «разделить» с помощью новой «Национальной службы здоровья». Логично, что пациентов, оперировать НЕ Гройсман или Супрун, а конкретный врач Иваненко или Петренко и очевидно, что эти врачи и в дальнейшем будут «дополнительные» деньги за свою работу. За несколько лет эту систему не изменить, даже если представить, что у нас все чиновники от медицины и их покровители вдруг перестали воровать. У нас сейчас будет ситуация, когда более состоятельные платить дважды, а малообеспеченным останется только надеяться на милость государства и врачей.

В каком диапазоне реально может колебаться цена на платные медицинские услуги?

Анна Свириденко:

Скажем, лечение фурункула стоит 7000, диагностирования нарушения сердечного ритма у ребенка — 65000. И хотя в Минздрав не опубликовали официальный прайс, не думаю, что он будет существенно отличаться. Только через год мы сможем понять, что будет с вторичной звеном медицинской помощи — сейчас только начнут высчитывать, сколько стоит удаление аппендикса и сколько сможет заплатить за это государство. В 2018 году реформа начнется только на первичном звене — семейные врачи, участковые терапевты и участковые педиатры. Будут предназначены тестовые районы, где начнут, собственно, высчитывать стоимость диагностики и лечения вторичной и третичной звена. Думаю, нас всех тогда ждать неприятный сюрприз — потому залезать в карманы граждан значительно проще, чем оплачивать это из уже собранных из нас с вами налогов.

Хочу напомнить — в Украине в нескольких областях уже осуществлялся пилотный проект медицинской реформы, это было еще во времена «Партии регионов». Лозунги были точно такие же, как сейчас — «деньги за пациентом», «семейный врач — лучший выбор», «самостоятельный выбор больницы и врача». Чем это обернулось в реальной жизни? Педиатров массово «переучили» на семейных врачей, смешались очереди с младенцами, больными и туберкулез бывшими заключенными, бабушками с высоким давлением и подростками, проходили медицинскую комиссию. Переформатировали поликлиники — сначала в один район города идешь к семейному врачу, анализы едешь сдавать в другой район, затем возвращаешься к семейному врачу, а если он все-таки отправил тебя к профильному специалисту, то начинается настоящий квест. Попробуй еще найти, даже в большом городе, детского кардиолога, нефролога или даже хирурга! Кроме хаоса и возмущение населения там никаких положительных результатов не было.

То есть схема «деньги ходят за пациентом» — фейк?

Анна Свириденко:

Это лишь красивый лозунг. Все врачи получат плюс-минус равное количество пациентов. Есть качество физически допустимые нормы нагрузки на одного специалиста. Если сейчас семейные врачи (вчерашние педиатры, терапевты и т.д.) начнут сопровождать беременность (представьте себе — кабинеты в таком случае минимум надо переоснащать) и брать пациентов из разных районов, смешают уже по всей стране очереди младенцев и больных взрослых … Тогда деньги пойдут по пациентом в частную клинику. У кого же будет возможность финансовая, то просто убежит от этого хаоса.

Может ли эта реформа привести к массовому увольнению врачей?

Михаил Головко:

Может, и приведет. Наши врачи и так массово едут за границу. Вот после внедрения этой реформы, к примеру, хороший врач из районного центра, по каким-то причинам не наберет достаточное количество пациентов, очевидно, поедет искать лучшей доли.

Анна Свириденко:

Если начнут массово «оптимизировать» медицинские учреждения — это конечно. Врачи тоже люди — и им не очень хочется ездить на работу за 60-80 километров в день.

И еще момент. Врачи перестанут быть просто врачами, а станут предпринимателями. Чтобы получить деньги, которые «идут» за пациентом, семейный врач должен обслуживать не менее двух тысяч пациентов. В Минздраве прогнозируют, что в таком случае средняя зарплата врача после реформы составит 18000 грн. Давайте посчитаем. В году более 200 рабочих дней. Чтобы принять хотя бы по 1 разу 2000 пациентов, следует принимать по 10 пациентов в день. Это не считая время на заполнение электронных документов, выдачу больничных листов, направлений и другое. Но даже получение этих 18 000 гривен — под очень большим вопросом, так как сейчас эти деньги не заложены в бюджет. Деньги пойдут именно на Нацслужбы здоровья. а как она их распределит — вопрос открытый.

А что будет с врачами, которые не наберут этот минимум пациентов? На что смогут они рассчитывать? Это удар, прежде всего, для врачей сельской медицины.

Как вы относитесь к идее с «госпитальными округами»?

Анна Свириденко:

Сама идея создания госпитальных округов — неплохая. Но у нас на практике эта «оптимизация» будет выглядеть так, что ближайшая более-менее оснащена больница будет находиться за 100-200 километров от села. Опять же — посмотрите на опыт тех областей, где уже воплощали при правлении «Партии регионов» пилотный проект медицинской реформы: там закрыли сразу сельские фельдшерские пункты, районные больницы объединяли так, что иногда в родильное отделение женщину везли 4:00 по бездорожью. А сейчас предлагают «телемедицине» — представляю, как сельская 80-летняя баба Маня включает скайп, чтобы связаться … С кем? Пока непонятно, где будут сидеть эти киберликари и сколько времени ждать вызовы пациентов из глубинки.

Что же вы предлагаете взамен?

Михаил Головко:

Мы предлагали свои правки при рассмотрении законопроекта о медицинской реформе. Они касались того, чтобы медицина и дальше финансировалась за счет субвенций местным органам из государственного бюджета. Как по мне, депутаты на местах лучше знают о проблемах в медицинских учреждениях. Конечно, как эта реформа будет работать — время покажет. Но я боюсь, что за это время эти изменения нанесут большой вред украинском. К сожалению, иногда непоправимый.

Leave a comment

Your email address will not be published.


*